1.
Как Фима женился на Эле - о, это та история!
Это было в конце шестидесятых годов. Это так давно, что трудно вспомнить. Можно сказать, это прошлый век.
Фиме было 25 лет. Он спокойно родился в семье зубного врача и сам уже был стоматологом.
Он жил с мамой, папой и бабушкой в собственном доме. Всегда сильно кушал. Никогда не говорил, что у него нет аппетита. Мама готовила ему тарелку жареной свинины, и Фима это съедал на счет раз-два. Он хорошо кушал и смотрелся благополучно.
По вечерам он играл в баскетбол во дворе спортшколы. Он был ростом 187 сантиметров, с большими плечами. У него были черные брови и, надо сказать, он сам был брюнет. Мама называла его - мой красавец.
В Киеве, где он учился на стоматолога, он имел репутацию ловеласа. Но у Фимы была странность. Он редко спал со студентками. Но обожал женщин старше тридцати лет. В его плюсовом списке были супруги народных артистов, майоров, подполковников, любовницы министров и ненасытные дочери генералов.
За его пристрастие к солидным дамам он получил от студентов прозвище - Бальзак. Фима этим гордился. Тем более, что Бальзак имел честь бывать в Бердичеве.
- Я несу эстафету поколений! - гордо говорил Фима.
Он любил крупных, упитанных дам. Они знали толк в любви. Они были жадными на любовь.
Фима несколько раз горел на большом огне. Самый страшный раз был тогда, когда один майор бежал за ним с пистолетом. Фима бежал по улице в трусах. На нем даже майки не было. Всю одежду он оставил в спальне майора. Был декабрь. Был гололед. Было минусово холодно. Фима бежал, как дикая лань. Босиком. Было два часа ночи. Майор три раза стрелял, но не попал.
Вероятно, майор был нетрезв.
Фима убежал.
После факультета он получил назначение в родной Бердичев. Тут было тоже много жен майоров и подполковников. Но Фима сразу понял, что тут - не распрыгаешься.
Маленький город - это большая ладонь.
Все видно.
Он твердо решил, что женится в сорок лет, когда кончатся силы. До часа пик оставалось 15 лет.
После баскетбола он шел на Бродвей. Народ ходил толпами туда и назад. Фима тоже ходил.
После Киева ему было скучновато. К несчастью, он был видной фигурой. Не только внешне, но и в целом. Фимин папа был знаменит в Бердичеве. Доктор Зальцман принимал пациентов и в поликлинике, и у себя на дому. Дома у него был свой стоматологический кабинет. Папа зарабатывал в месяц по тысяче рублей. Больше, чем директор завода "Прогресс". Сын Фима зарабатывал пока что 4-5 сотен.
На Фиму клали глаз.
Девицы улыбались ему обольстительнейшим образом.
Фима делал вид, что не замечает этих подвохов. Он скучал по женам киевских народных артистов.
В Бердичеве больших романов у него не было. В Бердичеве не было народных артистов. Несмотря на то, что Бердичев - это город сплошных артистов.


2.
Эта ситуация кончилась в один день.
К Фиме на прием пришла некая Бронштейн. По имени Эля.
Она тихо зашла в кабинет. Фима ее увидел, и ему показалось, что он оглох от этих впечатлений.
Это была - картинка с весенней выставки.
Из-под длинной юбки смотрели маленькие ножки в стоптанных туфельках. Талия была тонкая - как лезвие сабли. Груди, наоборот, как два новых пулемета. На высокой шее была головка с роскошными темными волосами. А личико было таким нежным, что Фима ахнул.
что за видение, подумал он. Это не Бердичев. Это Париж!
- Садитесь, - произнес он. - Итак, что у вас болит?
- Зуб, - шелестнула губами картинка.
Он велел ей открыть рот. Там были не зубы, а зубки. Один ровнее другого. Безобразие, подумал Фима. Как такие зубки могут болеть?!
Он увидел больной зуб. Немного посверлил. Вставил лекарство.
- Зайдите в понедельник, - сказал он. - Я поставлю вам пломбу. Сколько вам лет?
- Скоро семнадцать. Я оканчиваю десятый класс.
- А не встретиться ли нам однажды на нейтральной полосе?
- Нет. Я по вечерам дома.
- Тогда - завтра утром? Завтра суббота. Утром такая свежая погода!
- Я вас не знаю, - сказала Эля.
- Странно. Моего отца весь город знает.
- Я не знаю, что вы за человек. Я должна спросить у родителей.
- Я буду ждать вас в девять утра около кино. Там, где афиши.
- А что мы будем делать?
- Пойдем в кино. На детский сеанс.
- Я подумаю, - сказала она. - Не обещаю. Это слишком неожиданно. Всего доброго.
Она ушла.
Фима оцепенело смотрел на закрытую дверь.


3.
Дома, за ужином, Фима раскрыл факт лицом.
- Я влюбился, - сказал он.
- Кто ее родители? - цепко спросила бабушка.
- Не знаю. Ее фамилия Бронштейн.
- что ты про нее знаешь? - спросил отец.
- Ей семнадцать лет.
- Я пока что молчала, - сказала мама. - Но я имею, что сказать. что значит - влюбился? Кто тебе дал такое право?
- Я взрослый человек! - возмутился Фима. - Имею право!
- Сначала надо знать, что это за семья. Если приличная, то надо познакомиться домами. А уже потом - влюбляться.
- Я про эту Бронштейн первый раз слышу, - сказал папа. - У меня есть знакомые Бронштейны, но у них нету дочки.
- Не надо спешить влюбляться, - сказала бабушка. - Ты, слава Богу, из такой семьи, что на заглядение. Нам не хватало со шлеперами породниться!
- Ты ей назначил свидание? - спросил папа.
- Завтра. Утром. Если она придет.
- что значит - не придет? - спросила мама. - чтобы к моему сыну - не пришли! Придет. Но тебя увидят с ней в городе и пойдут разговоры.
- черт с ними. Наплевать.
- Зато нам - не плевать, - сказал папа. - Выясни завтра, кто ее родители. Фима, не делай нам инфаркт!
Утром Фима простоял у афиши полтора часа. Эля - не пришла.
Он был вне себя. Его отвергли! Ему плюнули в лицо!
Он заперся в своей комнате. Лежал на диване. Смотрел в потолок.
через два часа к нему постучалась мама и позвала обедать.
- У меня нет аппетита! - сказал Фима.
- Но я приготовила тебе отбивные!
- Нет аппетита!
- Фимочка, она не пришла, потому что поняла: она тебе не пара. Это родители ей объяснили. Забудь про нее и иди обедать.
- Не забуду! Не хочу обедать!
- Ты помрешь с голоду! - крикнула мама из-за двери.
- Помру так помру!
Он и ужинать не хотел. Но мама заставила.
- Тмакодявка! - говорил за ужином отец. - Как она могла не прийти! К моему сыну! К такому сыну!
- Пусть и дальше не приходит, - сказала бабушка. - Столько волнений! Столько переживаний!


4.
В понедельник после обеда Эля пришла на прием.
Фима ставил ей пломбу молча. С гордым видом. Но под конец спросил:
- Почему вы не пришли?
- Мой папа сказал, что ваш отец торгует золотом и его скоро посадят. И вас, наверное, посадят.
- Может, и вас посадят? - с тихим бешенством спросил Фима.
- Нас - нет. Мой отец - токарь на "Прогрессе". У нас нет золота.
- И мы не торгуем золотом.
- Мама сказала, что ходят слухи.
- Пломба поставлена, - сказал Фима. - Идите от- сюда и не возвращайтесь.
- Всего доброго, - сказала она.
Вечером Фима все рассказал дома. Отец кипел и шипел:
- Какое золото?! Какая тюрьма?! что эти закаканные Бронштейны себе позволяют? Токарь на заводе! Хам!
Но Фиме не стало от этого легче. У него стало совсем плохо с аппетитом. Он уже не ел, а ковырялся в тарелке. Он перестал играть в баскетбол и не ходил на Бродвей. Он и телевизор перестал смотреть.
Родители были - в беспокойстве.
Наконец, они решили принять меры. Папа узнал в регистратуре адрес Бронштейнов. В субботу, под вечер, он сказал Фиме:
- Пойдем. Будем разбираться. Бабушка тоже идет. Мы их выведем на чистую воду.
Они сели в "Москвич" и поехали к Бронштейнам. Те жили в заводском доме.
Дверь открыл сам Бронштейн.
- Добрый вечер, - сказал Фимин папа. - Мы приехали разбираться.
- Проходите.
Зашли. Сели. Обстановка была скромная. Обычная мебель из магазина. Хозяйка принесла чай. Из другой комнаты вышла Эля.
Начали разбираться.


5.
- Товарищ Бронштейн! - сухо сказал Фимин папа. - Я бы хотел знать, почему вы меня подозреваете в золотых делах!
- Люди говорят.
- А вы меня за ногу держали?
- Нет, но люди говорят.
- Весь город может говорить, что вы - Троцкий. Но я имею право не поверить.
- Нет, я, конечно, не ОБХСС, - признал Бронштейн. - Но зубных врачей часто сажают.
- За последние десять лет посадили только одного. Но потом выпустили за примерное поведение.
Фимина мама оскорбленно молчала. Элина мама тоже не дергалась, хотя и поджала губы. Зато Фимина бабушка сказала прямо:
- Моему внуку первый раз отказали в свидании. Я это не переживу. Дайте мне валидол!
- Не надо умирать! - замахал руками Бронштейн. - Нате вам валидол! Мы сами нервные!
- Пусть на моих похоронах скажут: "Это Бронштейн ее убил!" - сказала бабушка.- Лучшие невесты города смотрят на Фиму, как в зеркало. А ваша дочь боится пойти с ним на детский сеанс! что такое? Он ее скушает? Он ее изнасилует? что такое?
- Ничего такого, - сказала Элина мама. - Но Эле еще рано.
- Ха! - сказала бабушка. - Ей рано! Я в шестнадцать лет уже была замужем. А в семнадцать - сына родила. Ну, а кто боится, тот шампанское не пьет.
- Она неопытная, - возразила Элина мама. - Он может ее совратить.
- Так пора уже! Сколько можно дома сидеть? Пора уже с гинекологом разговаривать.
- Короче! - потерял терпение Бронштейн. - что вы хотите? Вы пришли свататься?
Фима хотел сказать "нет", но не успел. Потому что Фимин папа уже сказал:
- Да.
Бабушка начала сползать со стула. Как она и обещала, ей стало плохо. В самом деле, а не просто так.
Ее уложили на диван.
- Я умираю, - сказала она. - Бронштейн меня убил. Мой сын меня убил. Мой внук меня убил. Я жертва убийства.
Бронштейн стал метаться по комнате.
- Вызовите "Скорую"! - закричали все.
Вызвали "Скорую".
Бабушку увезли в больницу. Зальцманы поехали за ней на "Москвиче". Фима сидел за рулем. Он проклинам то мгновение, когда увидел Элю. Идиоты!
Он любил бабушку.


6.
Бабушка была в больнице три недели. Зальцманы приходили к ней каждый день. Бронштейны тоже приходили. Раз пять.
От их визитов у бабушки прояснилась нервная система.
- Они не хамы, - говорила она. - Дураки - да. Но не хамы. Я с ними провела переговоры. Я согласна. Пускай Фима женится на Эле.
Сам Фима был озадачен.
Какая женитьба? Зачем сразу жениться? Он эту Бронштейн видел всего три раза. Ни одного свидания не было. Как можно так жениться?! Надо сначала с ней хотя бы переспать. Для наведения мостов. Зачем спешить с женитьбой?
Но он был поставлен лицом к факту.
- Бабушка так хочет, - сказал папа.
- Но это старомодно! - огрызнулся Фима. - Сейчас так не делают! Надо сначало пожить вместе!
- Фима, не нервируй бабушку!
- Я сойду с ума! - кричал Фима. - Вы меня ведете на расстрел! Я ни разу не целовался с этой Бронштейн!
Но - бабушка сказала.
- Меня поставили к стенке, - прошептал Фима.
Подали заявление в загс.


7.
Фима надеялся, что до свадьбы ему удастся переспать с Бронштейн. Но скоро понял, что это безнадежно.
В шесть вечера они встречались у кино. Она брала его под ручку. Они шагали до каланчи и обратно. К десяти часам он провожал ее к дому.
Это все.
Он заманчиво предлагал ей покататься на машине за город. Но и это - провалилось.
- Мама не разрешает! - сказала она.
- Мама не разрешает! - взбешенно повторил он. - Мы ни разу не целовались!
- Я пока стесняюсь.
- А лечь со мной в постель - не будешь стесняться?
- Буду.
Фима уже сам был не рад, что влюбился.
В июне сыграли свадьбу в ресторане "Украина". Было человек сто гостей. Фимин папа не стал скупиться.
Бабушка торжествовала.
- Лучшей жены ты не найдешь, - говорила она Фиме. - Это девочка со строгими правилами.
- Да, - кисло улыбался Фима. - Это точно.
Первый раз он поцеловал Элю на свадьбе под крики "Горько!" При этом он понял, что она не умеет целоваться.
Но брачная ночь ободрила Фиму. Эля ему понравилась.
Они уехали в Одессу - в свадебное путешествие.
Теперь они живут в Ттатах.
- Я своей жене ни разу не изменял, - хвастает Фима в кругу приятелей. - У меня на это не было причин.
При этом он вспоминает, как бабушка падала со стула...

Борис Ройтблат
0
Смотрите также
А что там на главной? )))
Прокомментировать
Отправить (необходима регистрация)
Комментарии (0)
Copyright © 2019 XA-XA.su. Все права защищены!